История города Тольятти

Строительство Ставрополя

В. Н. ТатищевВ 1738 г. на левом берегу Волги выше города Самары между Фёдоровкой; и Борковкой, при Куньей Воложке возник город Ставрополь. Поводом для его основания послужили события, связанные с калмыками. В начале XVIII в. они стали известны русским, поскольку появились в районах Сибири, поселившись в Томской и Енисейской губерниях. Московские власти обратили внимание; на новых пришельцев из глубин Азии за Урал. Позволив им селиться на данных территориях, московское правительство брало с калмыцких племенных вождей - тайдшей - так называемый "Шерстные" записи или договоры. Слово "Шерстная" означает - "договор", "клятвенная грамота". В них калмыцкие вожди обязывались не заниматься грабежами и разбоями по рекам Кама и Волга, бережно относиться к рыбным промыслам, не жечь русских поселений, воевать с врагами России и т.д. Однако, несмотря на все договоры и клятвы, грабежи и разбои имели место. Видя это, Московское правительство вынуждено было держать военные гарнизоны по рекам Каме и Волге.

Наибольшего могущества калмыки достигли при хане Аюке, который в 1673 г. заключил договор с Россией. По договору калмыки обязались:
Быть вечными подданными России;
Не делать набеги на русскую землю;
Воевать на стороне русских в случае войны;
Не вступать в контакты с непослушными России башкирами, татарами и ногайцами;
Не чинить препятствий крещёным в православие калмыкам.

Царь Алексей Михайлович обещал своё покровительство всем подвластным Аюке калмыкам. Он разрешил калмыкам свободно торговать в Москве и Астрахани и жить на Волге, при условии соблюдения настоящего договора. В 1674 г. Аюка умножил число своих подданных на 4000 кибиток, за счет прибывших из Джунгарии на реку Волгу калмыков (Джунгария - территория за Алтайскими горами).

В 1677 г. Аюка вновь присягнул на верность России и в этом же году, верный союзническому долгу, в составе трехтысячного конного калмыцкого войска ходил походом с русскими войсками на Чигирь. Вместе с тем, Аюка и его подданные приняли активное участие в башкирском бунте 1678 г. Собрав своих князей и ногайских мулл, призвав в союзники башкир, Аюка вторгся в 1681 г. в Уфимский и Казанский уезды, где грабил, жег селения, угонял людей в рабство. В 1683 г., по окончании башкирского бунта, Аюка прекратил, военные действия.

Боясь наказания от русского царя, Аюка в 1683 г. у реки Соляной, в присутствии боярина князя Андрея Ивановича Голицына, подписал следующий договор:
Служить царю Русскому, как предки служили;
Отпустить на волю всех русских пленников;
Не требовать возвращения в улусы крестившихся калмыков.

В 1685 г. Аюка был в Джунгарии и привёл оттуда на реку Волгу разрозненные улусы калмыков. В 1686 г. перекочевала в Россию орда так называемых "чёрных калмыков", под предводительством Цаган-батора. Этой орде были отведены для кочевья степи по реке Ахтубе, на луговой стороне реки Волги. В 1696 г. Аюка вновь заключает договор с Россией о мире и дружбе. Присутствующий при подписании договора князь Борис Алексеевич Голицын, именем Петра Первого, обещал покровительство всему калмыцкому народу.

В 1710 г. Петром Первым были отведены на реке Дон, около Новочеркасска, по рекам Салу и Манычу кочевья для прибывших туда 10000 калмыков. Им вменялось усмирить башкир, оградить Россию со стороны Кубани, истребить шайки донских казаков, под предводительством атамана Некрасова. В 1715 г. кубанский султан Бахты-гирей пришел на Волгу, в район Астрахани, разорил многие калмыцкие улусы, захватил кибитку Аюки и забрал на Кубань татар, бывших в подданстве у калмыков.

В походе Петра Первого в 1722 г., Аюка выставил за Тереком 40 тысяч
калмыцкой конницы для усмирения лезгин, укрыл в своей ставке Астраханского митрополита Самсона, которого хотели убить взбунтовавшиеся Астраханские стрельцы и сам встретил царя Петра с его женой Екатериной. После смерти Аюки в 1724 г. его функции перешли к его сыну - Черен-Дундуку.

Российское правительство стояло на позиции христианизации калмыцкого народа, так как путём христианизации появлялась возможность покончить с набегами, грабежом, посылками воинских подразделений для улаживания конфликтов, а также превратить кочевников в добропорядочных граждан. У Астраханских калмыков уже около 1680 г. обнаруживается тяга к принятию христианской веры. Единичные случаи в начале XVIII в. подтверждают этот факт, особенно если учесть то, что правительство поощряло данный процесс: по принятию новой веры, новообращённый становился свободным. Для активизации процесса в 1724 г. Святейший Синод сделал распоряжение о мессе в калмыцкие улусы. Для этой цели был назначен иеромонах Никодим Ланкевич, знавший калмыцкий язык. Когда же внук Аюки-хана, Тайшин, принял христианство, это оказало мощное воздействие на остальных калмыков. Крёстным отцом у него был император Пётр Первый, и, получив имя Пётр, новообращённый Пётр Тайшин своим примером способствовал распространению православной веры среди соплеменников.

Иеромонах Никодим крестил многих из Тайшиновой орды, донося правительству о том, что у калмыков имеется тяга к оседлой жизни. На данный момент ситуация с расселением крещёных калмыков была непростой, так как местом их проживания были избраны Чугуевка (под Харьковом), среди казаков, Царицын, Астрахань, а так же территория вблизи Самары, в целях защити земли от набегов кочевых племён, киргизов и некрещеных калмыков.

В начале 1736 г. Петр Тайшин обратился в коллегию Иностранных дел в Петербурге с просьбой отдать ему во владение всех обращаемых в христианство калмыков, отделении их от язычников. Также он предлагал правительству построить в определённом месте город, где будут проживать крещёные в православие калмыки. Правительство, одобрив предложение Тайшина, во второй половине 1736 г. поручило коллегии Иностранных дел заняться этим вопросом. В свою очередь, коллегия Иностранных дел поручила рассмотреть данный вопрос генералу Румянцеву, который в тот период находился в Оренбургском крае, усмиряя башкир.

Получив приказ, А.И. Румянцев предложил вершины реки Ик, притока Камы, прилегающие земли в междуречье Кинеля и Самары и до Сакмарского городка на Яике. Мнение Румянцева было сообщено 7 ноября 1736 г. для рассмотрения И.К. Кириллову- основателю города Оренбурга и начальнику Оренбургского края. Кириллов, однако, доносил правительству, что, по его мнению, - лучшее место для проживания калмыков - среднее течение реки Ток, приток реки Самары. Коллегия Иностранных дел согласилась с выводами И.К. Кириллова и указом от 7 января 1737 г. разрешило ему приступить к постройке крепости, церкви и домов для коменданта и калмыцкой "верхушки". Но указ этот не застал в живых И.К. Кириллова, который скончался в начале 1737 г., в Самаре.

Однако процесс начался, и полковник А. Змеев, назначенный комендантом в предполагаемую крепость, сообщил правительству о том, что избранное для постройки крепости место неудобно для проживания калмыков. В этой связи, он предлагал позволить калмыкам кочевать в районе рек Волга, Кондурча, Сок.

Власть над крещёными калмыками была передана вдове П.П. Тайшина, поскольку к тому времени его уже не было в живых. Ханша Тайшина, находясь в Петербурге, крестилась в православие и получила при крещении имя императрицы Российской - Анны Иоанновны. Ей были пожалованы титул княгини и право быть главой всех обращенных в православие калмыков. Ей в помощь был назначен в качестве военного коменданта полковник Андрей Змеев.

Преемник И.К. Кириллова по управлению Оренбургским краем, Василий Никитич Татищев, основываясь на письменных сведениях и картах, доставленных ему помощником правителя Оренбургского края, полковником Теккелевым, ознакомился с местностью, выбранной его предшественниками. Татищев принял сторону Змеева и, сам, объехав данную территорию, убедился, что строить город с крепостью для калмыков удобнее и лучше всего на луговой стороне реки Волги, при притоке её Куньей Воложке, где имеется довольно много лугов и покосов. Следовательно, крещёных калмыков целесообразно расселить между реками Кондурча и Черемшан, под прикрытием Самарской и новой Закамской линий, где калмыки свободно проживать и кочевать могут.

Татищев рекомендовал княгине Тайшиной до построения города жить в Алексеевске. В апреле 1737 г. княгиня Тайшина из Петербурга направилась в Самару, где получила Высочайшую грамоту от 20 июня 1737 г. за подписью Императрицы Анны. По грамоте, княгине вручались в ведение и управление все крещеные калмыки, а для проживания полагалось построить крепость с необходимыми в ней церковью, домами для княгини, батальонного командира, войсковой канцелярией, складом провианта, школой, где учили бы русскому и калмыцкому языку.

Однако княгине Тайшиной Алексеевск не понравился, и Татищев предложил ей урочище Переполье близ воложки Копыловой и речки Курумоч, а также Кунью воложку в 20 верстах выше по Волге от Переполья.

Летом 1737 г. Татищев и Змеев объехали все места в районе указанных рек, отмечая места, благоприятные для кочевья, под будущие поселения крещеных калмыков. Татищев окончательно остановился на варианте постройки города близ Куньей воложки, о чем и было доложено в Коллегию Иностранных дел 24 сентября 1737 г. Данный выбор был одобрен Коллегией 31 октября 1737 г. Данная местность при Куньей воложке начала осваиваться первопоселенцами уже с 1733 г. (Русская Борковка), а с 1734 г. - село Фёдоровка. Сделав все необходимые распоряжения относительно заготовки строевого леса, необходимого для возведения построек, решено было начать возведение крепости весной 1738 г., по окончании зимы. По поводу названия будущего города был созван совет в составе В.Н. Татищева, А. Змеева и генерала-майора Л.Я. Саймонова. Татищев предложил назвать город Епифания, что в переводе с греческого означает "просвещение". У православных христиан так называется праздник "Богоявление". Но присутствовавшие здесь Змеев и Саймонов предложили свой вариант названия. Было предложено дать новому городу имя Ставрополь, то есть "город святого креста", мотивируя это тем, что город основан для распространения христианства среди калмыков.

Весной 1738 г. началось строительство города. Руководство строительством осуществлял полковник Змеев. В первую очередь возводилась церковь, строились дома для княгини, коменданта, архимандрита Никодима, переводчиков и других должностных лиц, помещения архива, канцелярии, магазины, амбары и т.д. Этой же весной 1738 г. около 2241 человек, или до 700 кибиток были переправлены под надзором и охраной казаков и солдат, по суше и по воде, в Ставрополь. По левому берегу Волги в Ставрополь была осуществлена доставка домашнего скота. 

К концу лета 1738 г. Ставрополь приобрел видимые очертания: была построена крепость, внутри которой располагались дома для княгини, архимандрита Никодима, коменданта и других должностных лиц. Были построены архив, канцелярия, амбары и другие хозяйственные постройки.

Крепость состояла из неправильного шестиугольника, с полисадом, имея длину 313 саженей, а ширину - 198, а в окружности - 876 саженей. Для охраны от набегов недругов в крепости были поставлены четыре батареи и выстроены два редута. В крепости имелись трое ворот: Оренбургские, Самарские и Водяные. Последние названы так по своему расположению - напротив Волги.

Княгиня Тайшина переехала в Ставрополь в середине сентября 1738 г. Вместе с ней прибыли по распоряжению Синода архимандрит Никодим Ланкевич и протопоп А.И. Чуковский, хорошо знавшие калмыцкий язык.

Во второй половине октября Татищев посетил Ставрополь и, осмотрев город, отметил, что город построен согласно утвержденному проекту и довольно красив. Татищев распорядился насчёт постройки более крупного храма, мотивируя это тем, что не к лицу княжескому городу иметь маленькую церковь. Далее Татищев посетил княгиню и архимандрита, в разговоре с которыми была затронута тема адаптации обращенных в православие калмыков к новым условиям проживания.

Татищев и генерал Саймонов отвели калмыкам, по предложению Змеева, пространство "по Волге от земель села Царевщина и до Черемшана, а вверх: по Черемшану до земли деревни Челнов, а по Кондурче до Сергиевской дороги" на Казань. Они же решили, что калмыкам не должно быть никакого притеснения со стороны населения уже живущего в данных местах. Для приобщения калмыков к земледелию из Ставропольского гарнизона направляли солдат, расселяли среди калмыков русских крестьян из Новодевиченской волости.

Положение вновь прибывших калмыков, по мнению Татищева, было неважным: не хватало жилья, а подступала зима 1738-1739 гг. Поэтому Татищев направил часть калмыков с кибитками в те пункты, которые были отмечены полковником Змеевым ещё за год перед этим, чтобы на месте организовать проживание людей. Прибыв на место, калмыки должны были помогать русским строителям, вызванным для этой цели из разных губерний России.

Намеченные для жилья пункты находились на территории между реками Волгой, Черемшаном, Кондурчёй и Соком. Они были богаты лесом, плодородной землёй, лугами, рыбной ловлей. Из рек, последние три впадают в Волгу, открывая в летний период беспрепятственное сообщение по ним для различных нужд. На этих землях Татищев дал указание возводить для калмыков особые поселения и слободы. Этим самым "получили право на жизнь" следующие населённые пункты:
Гвардейская слобода или Преображенское- в 70 верстах от Ставрополя;
Теньево- в 50 верстах;
Курумочь или Богоявленское - в 63 верстах;
Ягодное или Воскресенское - в 25 верстах;
Сускан или Благовещенское - в 35 верстах;
Калмыцкая Сахчи или Верхнее Якушкино - в 80 верстах;
Красный Яр - в 70 верстах;
Чекалино - в 60 верстах;
Раковка- в 50 верстах;
Кошки или Преображенское - в 95 верстах.

С приходом калмыков, в этих местах началось строительство, которое продолжалось с глубокой осени 1738 г. по весну 1739 г. Местное население сёл и деревень Самарской Луки и Заволжья помогли калмыкам, предоставив работных людей для строительства и пустив к себе часть скота переселенцев в первую, трудную зиму 1737-1738 гг. Скот перезимовал в селе Рождественне. Сжатые сроки строительства объяснялись тем, что с наступлением весны 1739 г. основная масса калмыков, со скотом и скарбом, потянулась на обустраивающиеся пункты, чтобы иметь жилища в зимнее время и заниматься хозяйством.

В декабре 1739 г. В.Н. Татищев обратился в Коллегию иностранных дел с предложением по обустройству быта калмыков, переселённых в город Ставрополь. Татищев писал, что крещёных калмыков полезнее содержать в деревнях с землями и угодьями при них, чем деньгами, ввиду того, что через такое содержание они скорее привыкнут к домоводству и ведению хозяйства, начнут работать и обучаться ремеслу. Параллельно встал на повестку дня вопрос строительства школы для калмыцких детей. Это было необходимо, так как имелась нужда в грамотных людях, знающих калмыцкий язык и умеющих вести службу в церкви на калмыцком языке. Результатом этого явилось открытие летом 1740 г. калмыцко-русского училища для обучения калмыцких детей Закону Божию, русскому языку, арифметике и письму. Заслуга в этом принадлежит прибывшему из Астрахани в Ставрополь протоиерею Андрею Чубовскому. В калмыцком училище первоначально обучалось 10 мальчиков, с годовым содержанием 200 рублей в год. Вскоре количество учащихся увеличилось до 30 человек, а сумма на их содержание увеличилась до 2500 рублей. Для успеха начатого дела, протоиерей вызвал из Астраханской семинарии себе в помощники двух воспитанников, знавших калмыцкий язык. Новым сотрудникам вменялось в обязанность, помимо преподавания, переводить молитвы Священного Писания на калмыцкий язык с дальнейшим разъяснением их учащимся. Новые учителя были русские - Бестужев и Ляхов. С ростом числа служилых людей Ставропольского гарнизона в 1776 г. в городе была открыта гарнизонная школа.

В конце 1740 г. правительство прислало в Ставрополь лекаря, чиновника и геодезиста из Казани. Лекарь, по приезду в город, сразу приступил к своим обязанностям, устроив в городе больницу на несколько кроватей. Кроме этого, ему было вменено в обязанность ездить по окрестным поселениям калмыков, оказывая им помощь и открывая на местах пункты для осмотра и лечения заболевших. Посылая лекаря в Ставрополь, правительство предписало Татищеву обеспечить ему достойное жалованье и наделить пахотными и сенокосными землями. В 1777 г. было построено новое здание больницы для калмыков. Прибывшим чиновнику и геодезисту предстояло произвести работы по размежеванию земель в пространстве 100 верст в длину и 90 в ширину. Необходимо было отмежевать земли под пашни, сенные покосы, дворы, огороды, гумна с лесными угодьями и поставленными межевыми знаками для княгини, калмыцкой знати, урядников, толмачей и рядовых калмыков.

Данные мероприятия: учреждение школы для калмыцких детей с их обеспечением и содержанием от казны, организация больницы с помещением для неё, наделение землёй, лугами, лесом и рыбными угодьями благоприятно отразилось на населении Поволжья. В результате число калмыков, горожан Ставрополя, возросло за счет их соплеменников, прибывших из Астрахани, Царицына, Саратова и других мест. В 1738 г. в Ставропольской местности их было 2241 человек, в 1740 г. - 2546, в 1741 г.-2946, в 1742 г. - калмыков, проживающих в Ставрополе и вне его насчитывалось до 3330 человек. Те калмыки, которые пришли в Ставрополь на жительство после 1739 г., получили наделы земли с угодьями столько, сколько их получили ранее пришедшие калмыки. Ввиду увеличения числа крещёных калмыков, для них был создан особый суд, организовано войско наподобие казачьего. Они получили право беспошлинной торговли лошадьми и рогатым скотом. Калмыки должны были ежегодно являться на военную службу в Оренбург под командой своих командиров из знати, и иметь при себе полное вооружение и снаряжение, вплоть до запасного коня. К 1740 г. относится возникновение в Ставрополе Купеческой улицы, которую образовали торговые люди - купцы. Купцам, желающим жить в городе и торговать, оказывались привилегии в торговле: беспошлинная торговля, предоставление жилых помещений, наделение землёй и т.д.

Ставрополь 1750 г. представлял собой крепость с двумя слободами, четырьмя церквами, около 500 домами, амбарами и лавками - более 30. В городе имелись три главные улицы: Соборная, Купеческая и Посадская.

По материалам учебного пособия "Российская история для тольяттинцев" под редакцией С.Н. Брежневой, А.Н. Мунина, В.П. Овсянникова, О.Н. Аристова - Тольятти, Изд-во ПТИС МГУС, 2001. - 292 с.

Возврат к списку